Неточные совпадения
— Хорошо. Вы
так и напишите: «но нужно, или
требуется, чтобы казалось,
как бы живые».
Ну, вспыхивает,
как заря, а я целую поминутно; мамаша-то, разумеется, внушает, что это, дескать, твой муж и что это
так требуется, одним словом малина!
С той минуты,
как Алексей Александрович понял из объяснений с Бетси и со Степаном Аркадьичем, что от него
требовалось только того, чтоб он оставил свою жену в покое, не утруждая ее своим присутствием, и что сама жена его желала этого, он почувствовал себя столь потерянным, что не мог ничего сам решить, не знал сам, чего он хотел теперь, и, отдавшись в руки тех, которые с
таким удовольствием занимались его делами, на всё отвечал согласием.
Клим Самгин чувствовал себя
так, точно сбросил с плеч привычное бремя и теперь
требовалось, чтоб он изменил все движения своего тела. Покручивая бородку, он думал о вреде торопливых объяснений. Определенно хотелось, чтоб представление о Марине возникло снова в тех ярких красках, с тою интригующей силой,
каким оно было в России.
И учитель узнал от Феди все, что
требовалось узнать о сестрице; он останавливал Федю от болтовни о семейных делах, да
как вы помешаете девятилетнему ребенку выболтать вам все, если не запугаете его? на пятом слове вы успеваете перервать его, но уж поздно, — ведь дети начинают без приступа, прямо с сущности дела; и в перемежку с другими объяснениями всяких других семейных дел учитель слышал
такие начала речей: «А у сестрицы жених-то богатый!
Когда он кончил, то Марья Алексевна видела, что с
таким разбойником нечего говорить, и потому прямо стала говорить о чувствах, что она была огорчена, собственно, тем, что Верочка вышла замуж, не испросивши согласия родительского, потому что это для материнского сердца очень больно; ну, а когда дело пошло о материнских чувствах и огорчениях, то, натурально, разговор стал представлять для обеих сторон более только тот интерес, что, дескать, нельзя же не говорить и об этом,
так приличие требует; удовлетворили приличию, поговорили, — Марья Алексевна, что она,
как любящая мать, была огорчена, — Лопухов, что она,
как любящая мать, может и не огорчаться; когда же исполнили меру приличия надлежащею длиною рассуждений о чувствах, перешли к другому пункту, требуемому приличием, что мы всегда желали своей дочери счастья, — с одной стороны, а с другой стороны отвечалось, что это, конечно, вещь несомненная; когда разговор был доведен до приличной длины и по этому пункту, стали прощаться, тоже с объяснениями
такой длины,
какая требуется благородным приличием, и результатом всего оказалось, что Лопухов, понимая расстройство материнского сердца, не просит Марью Алексевну теперь же дать дочери позволения видеться с нею, потому что теперь это, быть может, было бы еще тяжело для материнского сердца, а что вот Марья Алексевна будет слышать, что Верочка живет счастливо, в чем, конечно, всегда и состояло единственное желание Марьи Алексевны, и тогда материнское сердце ее совершенно успокоится, стало быть, тогда она будет в состоянии видеться с дочерью, не огорчаясь.
Но тем самым от него
требуется напряженность и человеческих сил (недаром священство,
как и левитство, требует неповреждённости физической и духовной), ибо человек, вступающий на чреду ангельского служения, остается все-таки самим собой, принужден для этого напрягать именно свою человечность.
Сила веры, ее,
так сказать, гениальность измеряется именно той степенью объективности,
какую в ней получает религиозно открываемая истина:
такая вера призывается двигать горами, от нее
требуется свою объективность религиозной истины ставить выше объективности эмпирического знания, которое говорит, что гора неподвижна: crede ad absurdum [Верь до абсурда (лат.)], таков постулат веры.
Так есть, — об этом совершенно твердо говорит нам религиозный опыт, это надо принять и религиозной философии за исходное определение — в смирении разума, ибо и от разума
требуется жертва смирения,
как высшая разумность неразумия.
— Коли что,
так мы с Ильюшкой в ответе будем, — молвил Миней. — Твое дело вовсе почти сторона, станешь ходить по приказу начальства да по мирской воле. Твое дело только ясак подать, больше ничего от тебя и не
требуется. А дуван станем дуванить, твоя доля
такая ж,
как и наша.
Требовалось сравнить, все ли тут
так же прочно, солидно и просторно,
как у нас, в Малиновце;
как устроены стойла для лошадей, много ли стоит жеребцов, которых в стадо не гоняют, а держат постоянно на сухом корму; обширен ли скотный двор, похожа ли савельцевская кухарка в застольной на нашу кухарку Василису и т. д.
Роясь в учебниках, я отыскал «Чтение из четырех евангелистов»; а
так как книга эта была в числе учебных руководств и знакомство с ней
требовалось для экзаменов, то я принялся и за нее наравне с другими учебниками.
— Вот, смотри! Тут все написано, в
какой класс что
требуется.
Так и приготовляйся.
Ермолай был
такой же бессознательно развращенный человек,
как и большинство дворовых мужчин; стало быть, другого и ждать от него было нельзя. В Малиновце он появлялся редко, когда его работа
требовалась по дому, а большую часть года ходил по оброку в Москве. Скука деревенской жизни была до того невыносима для московского лодыря, что потребность развлечения возникала сама собой. И он отыскивал эти развлечения, где мог, не справляясь,
какие последствия может привести за собой удовлетворение его прихоти.
Таким-то образом Сонька Руль, минуя рублевое заведение, была переведена в полтинничное, где всякий сброд целыми ночами,
как хотел, издевался над девушками. Там
требовалось громадное здоровье и большая нервная сила. Сонька однажды задрожала от ужаса ночью, когда Фекла, бабища пудов около шести весу, выскочила на двор за естественной надобностью и крикнула проходившей мимо нее экономке...
Но достаточно ей выпить три-четыре рюмки ликера-бенедиктина, который она очень любит,
как она становится неузнаваемой и выделывает
такие скандалы, что всегда
требуется вмешательство экономок, швейцара, иногда даже полиции.
Какая громадная, многовековая подготовительная работа была нужна для того, чтобы выработать
такие на вид простые приемы исследования, сколько для этого
требовалось наблюдательности, гения, труда и знания!
— Конечно, я должен бы был тут сохранить секрет… Мы как-то странно разговариваем с вами, слишком секретно, — опять улыбнулся он. — Андрей Петрович, впрочем, не заказывал мне секрета. Но вы — сын его, и
так как я знаю ваши к нему чувства, то на этот раз даже, кажется, хорошо сделаю, если вас предупрежу. Вообразите, он приходил ко мне с вопросом: «Если на случай, на днях, очень скоро, ему бы
потребовалось драться на дуэли, то согласился ль бы я взять роль его секунданта?» Я, разумеется, вполне отказал ему.
Так как я весь состоял из чужих мыслей, то где мне было взять своих, когда они
потребовались для самостоятельного решения?
Трудно было примириться детскому уму и чувству с мыслию, что виденное мною зрелище не было исключительным злодейством, разбоем на большой дороге, за которое следовало бы казнить Матвея Васильича
как преступника, что
такие поступки не только дозволяются, но
требуются от него
как исполнение его должности; что самые родители высеченных мальчиков благодарят учителя за строгость, а мальчики будут благодарить со временем; что Матвей Васильич мог браниться зверским голосом, сечь своих учеников и оставаться в то же время честным, добрым и тихим человеком.
Ромашов исполнял,
как автомат, все, что от него
требовалось уставом, но у него не выходили из головы слова, небрежно оброненные Веткиным: «Если
так думать, то нечего и служить.
— Наша должность, ваше благородие, осмелюсь вам доложить, даже очень довольно строгая. Смотрите, примерно, теперича хоть вы, или другой кто: гуляет, мол, Федор, в баклуши бьет! А я, между прочим, нисколько не гуляю, все промежду себя обдумываю.
Как, значит, кому угодить и кому что, к примеру,
требуется. Все это я завсегда на замечании держать должен. К примеру, хошь бы
такой случай: иной купец сам доходит, а другой — через прикащиков.
— Да-с, претерпел-таки. Уж давно думаю я это самое Монрепо побоку — да никому, вишь, не
требуется. Пантелею Егорову предлагал: «Купи, говорю! тебе, говорю, все одно, чью кровь ни сосать!»
Так нет, и ему не нужно! «В твоем, говорит, Монрепо не людям, а лягушкам жить!» Вот, сударь,
как нынче бывшие холопы-то с господами со своими поговаривают!
Собственно, особенных сборов для этого никаких не
требовалось,
так как в грузинском доме была уже давно устроена и меблирована половина графини, и само приказание готовиться к отъезду, а не просто назначение времени его,
как это делалось графом обыкновенно, доказывало, что Алексей Андреевич неохотно покидал Петербург.
— Времени на это
потребуется немного,
так как существуют иностранные образцы…
Взять уже то, что
так как праздник был разделен на два отделения, то и костюмов дамских
потребовалось по два на каждую — утренний для чтения и бальный для танцев.
Когда очень уж солидные и сдержанные люди на этот слух улыбались, благоразумно замечая, что человек, живущий скандалами и начинающий у нас с флюса, не похож на чиновника, то им шепотом замечали, что служит он не то чтоб официально, а,
так сказать, конфиденциально и что в
таком случае самою службой
требуется, чтобы служащий
как можно менее походил на чиновника.
— Нет, я этого ничего не знаю и совсем не знаю, за что вы
так рассердились, — незлобиво и почти простодушно ответил гость. — Я имею только передать вам нечто и за тем пришел, главное не желая терять времени. У вас станок, вам не принадлежащий и в котором вы обязаны отчетом,
как знаете сами. Мне велено потребовать от вас передать его завтра же, ровно в семь часов пополудни, Липутину. Кроме того, велено сообщить, что более от вас ничего никогда не
потребуется.
Ив. Бунин настойчиво требовал, чтобы мы немедленно приступили к изданию сборников. Я был решительно против этого: для сборников
требовались средства, которых у нас еще не было, за статьи для сборника нужно было платить сразу, чего мы сделать не могли; кроме того для сборников нужна была не
такая расплывчатая платформа,
как для издания книг, платформа, о которой нужно было еще договориться с товарищами. Бунин все время бузил, возмущался.
— Не забудьте, что
так как вы, после получения аттестата зрелости, два года баклуши били, то для вас
потребуется проверочный экзамен. Tolle me, mu, mi, mis, si declinare domus vis [Отбрось me, mu, mi, mis, если хочешь просклонять слово дом (лат.)] — не забыли?
Были ли у Имярека
такие друзья? Был ли он сам
таким другом? Конечно, был, но чего-то
как будто недоставало. Быть может, именно сёмужки. Он был когда-то здоров, но никогда настолько, чтобы быть настоящим другом. Он бывал и весел, но опять не настолько, сколько
требуется от «друга». Анекдотов он совсем не знал, гастрономом не был, в винах понимал очень мало. Жил как-то особняком, имел"образ мысли"и даже в манерах сохранял нечто резкое, несовместное с дружелюбием.
Люди в наше время
так привыкли к тому, что из всех дел, которые делаются, есть
такие, которые им запрещено делать, и еще
такие, которые им велено делать,
как бы это ни было трудно для них, и что если они будут делать то, что запрещено, и не будут делать того, что повелено, то кто-то за это накажет их, и им будет от этого худо. Люди
так привыкли к этому, что и не спрашивают, кто те лица, которые запрещают им, и кто будет их наказывать за неисполнение, и покорно исполняют всё, что от них
требуется.
—
Так как к допросам он не будет
требоваться, то заколотить его камору совершенно и пищу давать ему в окошечко, — проговорил он строго повелительным голосом.
— Всех вас, молодых людей, я очень хорошо знаю, — продолжал директор, — манит Петербург, с его изысканными удовольствиями; но поверьте, что, служа, вам будет некогда и не на что пользоваться этим; и, наконец, если б даже в этом случае
требовалось некоторое самоотвержение, то посмотрите вы, господа, на англичан: они иногда целую жизнь работают в какой-нибудь отдаленной колонии с
таким же удовольствием,
как и в Лондоне; а мы не хотим каких-нибудь трех-четырех лет поскучать в провинции для видимой общей пользы!
— Он, — говорит, — платьев мне, по своему вкусу,
таких нашил,
каких тягостной не
требуется: узких да с талиями; я их надену, выстроюсь, а он сердится, говорит: «Скинь; не идет тебе»; не надену их, в роспашне покажусь, еще того вдвое обидится, говорит; «На кого похожа ты?» Я все поняла, что уже не воротить мне его, что я ему опротивела…
А мне в ту пору,
как я на форейторскую подседельную сел, было еще всего одиннадцать лет, и голос у меня был настоящий
такой,
как по тогдашнему приличию для дворянских форейторов
требовалось: самый пронзительный, звонкий и до того продолжительный, что я мог это «ддди-ди-и-и-ттт-ы-о-о» завести и полчаса этак звенеть; но в теле своем силами я еще не могуч был,
так что дальние пути не мог свободно верхом переносить, и меня еще приседлывали к лошади, то есть к седлу и к подпругам, ко всему ремнями умотают и сделают
так, что упасть нельзя.
— Теперича там эти господа поляки у себя в Варшаве гимны все какие-то поют, — говорил он, — гимны!.. Черт знает, что
такое!..
Какие тут гимны, коли тут нужно вó!.. Кулак нужен, а они гимны!.. Тоже, слышно, вот, капиталы все сбирают, пожертвования, а никаких тут, в сущности, особенных капиталов и не
требуется! Дайте мне только десять тысяч рублей, да я вам за десять тысяч всю Россию подыму!
Какое угодно пари!! Ничего больше,
как только десять тысяч! Да и того много, пожалуй!
— Я не знал, что здесь
требуется паспорт, — отвечал Николай Герасимович… Ехать лигимитироваться в Гаагу я не могу,
так как никого не знаю там во французской миссии, но я могу телеграфировать о присылке мне бумаг и денег.
— Это
так и следует: мужчины трутни, грубая сила. В улье господствуют бесполые,
как я! Твое дело будет только уронить невзначай Казимире сказанную мною мысль о ребенке, а уж она сама ее разыграет, и затем ты мне опять там нужен, потому что когда яичница в шляпе будет приготовлена, тогда вы должны известить меня в Париж, — и вот все, что от вас
требуется. Невелика услуга?
Мы в недоумении смотрели друг на друга. Что
такое еще ожидает нас?
какое еще новое «удовольствие» от нас
потребуется? Не дальше
как минуту назад мы были веселы и беспечны — и вдруг какая-то новая загадка спустилась на наше существование и угрожала ему катастрофою…
— Да ты пойми, за
какое дело тебе их дают! — убеждал его Глумов, — разве труды какие-нибудь от тебя
потребуются! Съездишь до свадьбы раза два-три в гости — разве это труд? тебя же напоят-накормят, да еще две-три золотушки за визит дадут — это не в счет! Свадьба, что ли, тебя пугает?
так ведь и тут — разве настоящая свадьба будет?
Для неотказавшегося выгоды будут состоять в том, что он, подвергнувшись всем унижениям и исполнив все жестокости, которые от него
требуются, может, не будучи убитым, получить украшения красные, золотые, мишурные на свой шутовской наряд, может в лучшем случае распоряжаться над сотнями тысяч
таких же,
как и он, оскотиненных людей и называться фельдмаршалом и получить много денег.
И это не может быть иначе, потому что, кроме того, что обладание властью развращает людей, расчет или даже бессознательное стремление насилующих всегда будет состоять в том, чтобы довести насилуемых до наибольшего ослабления,
так как чем слабее будет насилуемый, тем меньше
потребуется усилий для подавления его.
— Все это очень хорошо,
как ты говорила. А только напрасно ты с
таким пренебрежением отозвалась о лихих разведках и воздушных боях. Ты же знаешь, каждую минуту это может
потребоваться опять.
— Впрочем, откупа уничтожены экономистами, — перебросился вдруг Препотенский. — Экономисты утверждали, что чем водка будет дешевле, тем меньше ее будут пить, и соврали. Впрочем, экономисты не соврали; они знают, что для того, чтобы народ меньше пьянствовал,
требуется не одно то, чтобы водка подешевела. Надо, чтобы многое не шло
так,
как идет. А между тем к новому стремятся не экономисты, а одни… «новые люди».
Случалось
так, что все чусовские караваны мелели во всем своем составе,
как это было в 1851, 1866 и 1867 годах, когда
требовался для их сплава вторичный выпуск воды из Ревдинского пруда; бывали годы, что из всех караванов разбивалось три-четыре барки, и даже был
такой один год, когда совсем не было ни крушений, ни обмелений, именно 1839-й.
Ну а нынче и трещин порядочно прибавилось, да и самое дело проникновения упростилось,
так как от пришельца солидных качеств не спрашивается, а
требуется лишь «свежесть», и больше ничего.
— Я-то не пойду, а к примеру… И не
такие, друг, повороты на свете бывают! Вон в газетах пишут:
какой столб Наполеон был, да и тот прогадал, не потрафил. Так-то, брат. Сколько же тебе
требуется ржицы-то?
Восмибратов.
Как не быть? Нам без него нельзя-с. Это вот вашей милости точно, что рассудку не
требуется, потому вы за готовым и
так проживете. Если не согласны продавать, пожалуйте деньги назад; надо какой-нибудь конец сделать.
В описываемое нами время горбун чаще и дольше бывал у Белоярцевых,
так как обе старые барышни сильно хворали и услуга его, заключавшаяся в беготне за лекарствами в город и в других надобностях,
требовалась более настоятельно.